Зайдя в оранжерею, Дебра нашла укромный уголок среди искусно расставленных цветов. Отсюда она могла наблюдать за гостями, не привлекая к себе внимания. Вполне достойное русалки убежище.

И все же, если быть до конца откровенной с собой, ей не давал покоя визит Синтии. Вид беременной жены Брайана и ее унизительные просьбы вернуть ей мужа глубоко потрясли Дебру. Ей было и жалко, и стыдно за Синтию. Она поняла, что любила не Брайана, а выдуманный ею образ несуществующего мужчины, сильного, честного и порядочного.

Столкновение с грубой реальностью было слишком жестоким, чтобы сразу осознать всю несостоятельность своих радужных иллюзий. Она тряхнула головой, прогоняя прочь неприятные видения, и отпила глоток шампанского. Ей показалось, что оно такое же горькое, как ее мысли и вся прошлая жизнь, и она вылила остаток напитка в ближайший цветочный горшок.

Обернувшись, Дебра увидела, что за ней наблюдает незнакомый мужчина. Его смокинг, судя по необыкновенно широким плечам, был сшит на заказ. Должно быть, какой-нибудь бывший спортсмен или атлет. Загар был необычного оттенка, словно его обладатель не просто сидел под солнцем в выходные, а провел под его лучами значительно большее время. Волосы незнакомца, иссиня-черные, густые, были несколько длиннее, чем полагалось иметь человеку, облаченному в вечерний костюм. Если уж мужчина смог позволить себе заказать такой роскошный смокинг, то наверняка у него есть деньги, чтобы сделать и подобающую стрижку. А может быть, подумала она, он предпочитает именно такую длину волос и ему безразлично мнение окружающих? Кто он? Задав себе этот вопрос, Дебра поймала себя на мысли, что смотрит на незнакомца с профессиональным интересом, пытаясь разгадать, откуда он, чем занимается, каковы его привычки, наклонности и тому подобное. Да, столь пристальное внимание с ее стороны можно истолковать по-разному, тем более что его взгляд был весьма красноречив. В нем явно сквозило осуждение.