Как правило, у нее не оставалось свободного времени, чтобы регулярно посещать магазины и следить за своим гардеробом. В одежде ее привлекало то, что было практично и удобно. Вечно занятый репортер не мог позволить себе такой роскоши, как следить за модой или выглядеть величественно. “Величественно” — слово-то, какое архаичное!

Она с тоской посмотрела на себя в ближайшее зеркало. Его витая золоченая рама придавала ее отражению именно величественный вид. На Дебру взирала гордая и печальная русалка из сказки, страдающая от утраченной любви.

Последний разговор с Брайаном велся на повышенных тонах и носил агрессивный оттенок. И, несмотря на то что она полностью разочаровалась в своем избраннике и рассталась с ним, в ее душе остался горький осадок, мешавший радоваться жизни.

Дебра пересекла холл и прошла в кабинет Седрика, старательно избегая по пути знакомых из числа гостей. Когда Гамильтоны только что въехали в дом, эта комната была в ужасном запустении, лишь старания строителей и реставраторов смогли вернуть ей прежний блеск и уют. Вся обстановка кабинета, включая занавеси на окнах, говорила не столько о богатстве владельцев дома, сколько об их стремлении сделать его удобным для проживания, работы и отдыха.

Неожиданно дверь кабинета открылась и восторженный голос Роберта произнес:

— Святые небеса! Ты потрясающе…

— Пожалуйста, не надо, — взмолилась она. —С меня довольно похвал относительно моего внешнего вида. Тимоти уже выразил восхищение по поводу моего чудесного превращения из Золушки в Принцессу.

Ее тон был непозволительно резок, и она смутилась, понимая, что Роберт не виноват в случившейся ошибке с платьем. Она извинилась за свою несдержанность.

— Прости меня за резкость.

— Все в порядке, и никаких извинений. По правде говоря, ты действительно великолепна в этом платье. Просто я чаще видел тебя в джинсах и свитере. Вот уж не знал, что ты знакома с Гамильтонами.